Дорога к дому. Москва — Южа

Продолжение. Начало в №№ 17, 19-20, 23, 25, 27, 34, 38, 46, 50, 61, 62, 68, 81, 83, 85, 91, 97, 5, 9, 13, 15, 19, 21, 23, 25, 28, 31, 32-33, 41, 45).
До начала 17 в. здесь действительно находилась Борисоглебская церковь. На посаде располагались две площади: Торговая(район площадей Ленина и Зелёной) и Конская (приблизительно соответствует Первомайской площади) – и несколько улиц – Пищальная (ныне Стрелецкая), Заболоцкая, Загостинская, Воскресенская, Широкая, Зарядье, Узкая. Улицы делились на «десятки» (кварталы), носившие названия улиц. Известны наименования двух переулков: Козлитина и Взорновского, или Воеводского.
Выше говорилось о пожаре 1792 года, приведшего к уничтожению практически всего города. После него городская застройка осуществлялась по новому плану и продолжалась на протяжении 1-й трети 19 века. Дома строились по общим для всех российских городов этого времени правилам, вдоль красных линий улиц: в центральных кварталах из кирпича; на окраинах — одно-двухэтажные, деревянные и смешанные. Наиболее ранние из крупных кирпичных домов возникли на Спасской площади и Миллионной улице. Особенно представительно была застроена северная сторона площади, где поселились купцы Киселёвы, Посылины и Рубачёвы. Главные дома этих усадеб выходили на красную линию, дворы обстраивались хозяйственными сооружениями, а по склону берега к Тезе спускались сады. В 1825 г. в Шуе насчитывалось 35 каменных и 343 деревянных дома. По количеству каменных жилых строений среди уездных городов Владимирской губернии Шуя уступала только Суздалю и Юрьев-Польскому и была равна Мурому.
В 19 веке Шуя встала в ряд экономически наиболее развитых уездных городов. В этот период она прочно заняла одно из ведущих мест в текстильной промышленности России. Уже в начале 19 века главенствующей отраслью производства в городе был текстиль. Географ и историк К.И. Арсеньев писал, что «город Шуя и село Иваново пользуются европейской известностью и доверием торговцев иноземных». В 1827г. в городе насчитывалось 10 мануфактур, из них 8 хлопчатобумажных и две полотняные. Их владельцами были известные шуйские купцы Посылины, Болотовы, Корниловы, Носовы. В начале 1840-х годов появились первые паровые двигатели на ситцепечатных фабриках А. Посылина и С. Корнилова. В 1847 году И.Ф. Поповым была основана бумагопрядильная мануфактура, ставшая самым крупным промышленным предприятием в Шуе (действует в настоящее время под названием Шуйско-Тезинская фабрика)…
Возобновлённое в 1833 году и торжественно открытое в 1837 г. судоходство на Тезе сыграло важную роль в развитии экономических связей города. Река служила для подвоза сырья к мануфактурам, а также хлеба и других товаров. Однако в середине 19 века Теза уже не могла удовлетворить возросших нужд промышленности и торговли города. При этом через Шую не проходил ни один крупный торговый тракт, хотя город с уездом являлся заметным в России центром промышленной и торговой деятельности. В Шую из Москвы и Петербурга привозили сырьё для текстильной промышленности и машины для фабрик, из Среднего и Нижнего Поволжья, Оренбурга и Сибири доставлялись хлопок, овчина, кожи. Готовые продукты производства отправлялись обратно, а также на Украину и Польшу. Это положение предопределило проведение сюда в 1868 году ветки от Московско-Нижегородской железной дороги.
Во второй половине 19 и в начале 20 века Шуя была не только крупным торговым и промышленным центром, но и отличалась хорошим благоустройством и довольно высоким уровнем просвещения и культуры. Уже к 1861 году большинство улиц вымостили камнем. В 1864г. в городе был устроен телеграф. В 1833 г. в старой части Шуи началось строительство водопровода, свидетельством чего до сих пор служит водонапорная башня на Центральной площади; в 1909 году его трубы были проложены в Заречье. В начале 20 века Шуя имела разветвлённую, охватывающую основные районы города телефонную сеть. Сравнительно с другими уездными городами России здесь было немало учебных заведений: наряду с существующими ещё с первой четверти 19 в. приходским училищем (1808г.), духовным училищем (1816г.) и уездным мужским училищем (1824г.), в середине и второй половине 19 века в Шуе были открыты женская церковноприходская школа(1843г.), женская гимназия (1860г.), классическая мужская гимназия (1873г.), женское училище (1878г.). С 1863г. в городе работала публичная библиотека.
К началу 20 века Шуя стала одним из крупнейших городов Владимирской губернии, превосходящей в два-три раза по численности Ковров и Муром.
В 1918г. Шуя вошла в состав Иваново-Вознесенской губернии, с 1929г. стала районным центром Ивановской области. Первые крупные строительные работы советского времени начались в конце 20-х-начале 1930-х годов (почтамт на площади Ленина); дом РЖСКТ им. Арсения-на площади Фрунзе; фабрика-кухня – ул. Вокзальная. Из сооружений довоенной Шуи наиболее интересны водонапорная башня, построенная по системе В.Г. Шухова (1927г.), и железобетонный Октябрьский мост через Тезу, возведённый по проекту профессора Н.М. Митропольского (1929г.). При устройстве дамбы для моста была срыта часть кремлёвских валов.
В 1929г. был основан рабочий посёлок «Металлист»- южнее старого города на месте д. Лихушино. Его застройку составляли в основном деревянные одно-двухэтажные дома на несколько квартир с печным отоплением. В 1942 году был открыт кинотеатр «Родина».
В послевоенные годы началось строительство новых микрорайонов на пустых заболоченных землях к югу от города и на месте прежних деревень и сёл. В 1950—1960-е годы возникает микрорайон Черёмушки с трёх-четырёхэтажными многоквартирными домами. В 1960-е годы началось строительство большого жилого района –пос. Победа, определяющего основное развитие новой части города к югу, с главной магистралью, продолжающей ул. Свердлова. Здесь в двух микрорайонах проживает пятая часть всего населения Шуи. Новые жилые массивы с многоэтажными домами созданы также в южном Заречье…
В советский период целый ряд памятников архитектуры Шуи был разрушен. Среди них наибольшую архитектурную ценность представляли: Спасская и Троицкая церкви, собор Всехсвятского монастыря, часовня Александра Невского.
В настоящее время Шуя – исключительно интересный по архитектуре и градостроительному ансамблю город Центральной России. Редкая по сохранности застройка 18- начала 20 веков донесла до наших дней атмосферу среднерусского купеческого города. Неповторимый колорит его архитектурному облику придают купеческие и мещанские городские усадьбы с присущими им местными строительными традициями, а также большое число промышленных сооружений.
Ныне в городе действуют предприятия текстильной промышленности: «Шуйский пролетарий», «Шуйско- Тезинская фабрика», «Шуйские ситцы». Также работают швейная, строчевышивальная, трикотажная фабрики.
Кроме того, на территории города размещены: «Машзавод имени Фрунзе», «Ивановомебель», «Шуямебель», «Шуйская гармонь» и другие.
Юные жители Шуи могут получить образование в таких учебных заведениях как: Шуйский государственный педагогический университет, сельскохозяйственный колледж, медицинское училище, индустриальный техникум. Кроме того, действуют три начальных профессиональных училища.
Шуя занесена в список исторических городов и входит в «Золотое кольцо» России.
Многие известные имена деятелей русской истории и культуры связаны с Шуей. Здесь провёл свои детские и юношеские годы выдающийся поэт К.Д. Бальмонт, в 1876-83гг. учившийся в местной гимназии. Уроженцем Шуйского уезда был основатель Музея изящных искусств (ГМИИ им. А.С. Пушкина) И.В. Цветаев. В Шуе родился известный актёр и режиссёр В.В. Лужский, ближайший помощник К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко. В Киселёвской больнице умер декабрист Д.А. Щепин-Ростовский, поселившийся после ссылки в селе Мельничное. Шуйский историк В.А. Борисов, собравший ценные архитектурные документы, опубликовал в середине 19 века две книги по истории города и его окрестностей…
В Юже на ул. Советской, по соседству со школой №3, находится один из интереснейших архитектурных памятников русского деревянного зодчества – дом из усадьбы Колягино шуйского фабриканта, потомственного почётного гражданина, мануфактур-советника, купца 1-й гильдии, директора правления Товарищества Шуйской мануфактуры Михаила Александровича Павлова.В Шуе в её Заречной части на ул. 1-й Московской находится городская усадьба Павловых. Архитектурный облик усадьбы сложился в конце 19 века при Михаиле Александровиче Павлове, тогда были построены кирпичный двухэтажный главный дом, южный флигель, ограда с двумя воротами и сторожками, конюшня, службы. От более ранней усадьбы середины 19 века остался лишь северный флигель с примыкающими к нему воротами. Три парковых павильона относятся к началу 20 века (примерно такие же павильоны были и в Колягине). В начале 20 века усадьба Павловых была одной из самых богатых и значительных шуйских усадеб того времени.Особенно интересен главный дом, двухэтажный, с полуподвалом и антресолями, он принадлежит к числу редких для провинциальных городов зданий дворцового типа. Яркое произведение архитектуры периода эклектики, сочетающее ренесансно-барочные формы с элементами классицизма.
Большой художественный интерес представляет убранство интерьеров. На первом этаже первоначальный декор сохранился лишь в одном из залов. Потолок с деревянными резными кронштейнами расписан сложнейшим растительным орнаментом в технике масляной живописи, выдержанной в охристо-зелёной гамме. Пол выстлан наборным паркетом./Деревянные резные кронштейны мы можем наблюдать и в южском доме Павлова (ныне храме св. апостола Асинкрита), был здесь и паркетный пол/.
Полностью уцелело убранство парадной лестницы и помещений второго этажа.Оформление вестибюля (пол которого выстлан мозаикой из мраморной крошки по бетону, стены в нижней части рустованы, в верхней обработаны парными пилястрами, а потолок украшен лепными карнизами и плафонами) предвосхищает убранство парадных комнат второго этажа. Ступени и балясины трёхмаршевой лестницы вытесаны из серого мрамора. Перспективу нижнего марша на междуэтажной площадке замыкает зеркало, которое фланкируют два торшера в виде ионических мраморных колонн, завершённых бронзовыми вазонами. В углах площадки поставлены статуи нимф из светло-серого мрамора.
В повествовании о пригороде Шуи, посёлке Китове, говорилось о Китовских святых, живших в 16 столетии, 20 век явил нам новых Шуйских святых, пострадавших за Православную христианскую веру в безбожные 1920—1930-е годы и принявших мученическую смерть. Величественным памятником им ныне служит великолепный Воскресенский собор в центре Шуи.
В 1921 году ряд хлебородных губерний России постиг голод, вызванный антинародной политикой большевиков, изъятием у крестьян в ходе продразвёрстки в течение ряда лет всего хлеба, включая семенной, общим разорением, гражданской войной и небывалой засухой погубившей посевы.
Голодало около 20 миллионов человек, из них, по явно заниженным оценкам, погибло не менее 5 миллионов.
Уже в августе 1921 года Святитель Тихон, Патриарх Московский и Всея Руси, обратился к российской пастве, к Восточным Патриархам, к папе Римскому и архиепископу Кантерберийскому с посланиями, в которых призывал провести сбор продовольствия и денег для вымирающего Поволжья. Под председательством Патриарха Тихона был образован Всероссийский церковный комитет помощи голодающим, сумевший организовать эффективную международную помощь. Святитель Тихон разрешил жертвовать для голодающих находящиеся в храмах ценные вещи, не имеющие богослужебного использования.
Однако правительство большевиков не было заинтересовано в сотрудничестве с церковью. Более того, голод был использован для развёртывания гонений на Православную церковь, подавления всякой оппозиции большевистской власти. Большевики развернули компанию по изъятию церковных ценностей, ставя перед собой целью не помощь голодающим, а получение материальных средств, необходимых для укрепления собственного политического режима.
Голод стал важнейшим орудием Советской власти в её борьбе против крестьянства. Голод лучше пушек и пулемётов и ядовитых газов мог остановить начинавшиеся по всей стране крестьянские восстания против большевистской диктатуры.
На вопрос о голоде, заданный в Берлине корреспондентом одной из западноевропейских газет «пролетарскому писателю» М. Горькому, тот ответил: «Я полагаю, что из миллионов голодных большинство умрёт». Однако в этой трагедии «буревестник большевистской революции», также как и большевистские политические лидеры, видел положительное явление, ибо «вымрут полудикие, глупые, тяжёлые люди русских сёл и деревень… и место их займёт новое племя – грамотных, разумных, бодрых людей».
В. КОПРОВ
(Продолжение следует)